Институт мировой литературы им. А.М.Горького РАН
Сайт создан при поддержке Российского гуманитарного научного фонда. Проект № 15-34-12003
Русская революция 1917 г.
в литературных источниках
1917 — 1920-е гг.

Летопись

март 1917

  • 1
    март
    1917
    • 1 марта Горький писал Е.П.Пешковой из Петрограда: «Происходят события внешне грандиозные… но — смысл их не так глубок и величествен, как это кажется всем. Я исполнен скептицизма, хотя меня тоже до слез волнуют солдаты, идущие к Государственной думе с музыкой» (Арх. Горького, т. IX, с. 194).

      1 марта — запись в дневнике Д.В.Философова: «До сих пор не выходят никакие газеты, в то время, когда организация общественного мнения так важна! В Думском комитете толковый человек Милюков и талантливый человек Керенский. Остальные все ничтожны… У нас в квартире постепенно налаживается «быт». Приходят интеллигенты и «говорят"» («Звезда», 1992, №2, с. 188, 189).

      Демьян Бедный печатает сатирические стихи о происходящих событиях — в «Правде» (5, 7, 14, 19, 20, 29 марта) и в «Известиях Петроградского Совета рабочих депутатов» (1, 4 марта).

  • 2
    март
    1917
    • 2 марта — запись в дневнике А.Н.Бенуа: «Меня вообще поражает, что ни в чем не выражается какое бы то ни было впечатление от низвержения самодержца, “помазанника Божьего”! Точно этого и не произошло, точно никогда никто в России не царствовал. Все принимают известие об его задержании, об его аресте как нечто давно ожиданное и естественное». 3 марта: «Впрочем, если сегодня никто не плачет по монархам, то уже завтра наверное поплачут, и даже те, которые сейчас напялили себе огромные красные банты и чистосердечно мнят себя революционерами…» (А.Н.Бенуа. Мой дневник. 1916–1917–1918. М., 2003, с. 127, 136).

      2 марта Л.Андреев сделал запись в дневнике: «Праздник души кончился… Эта ничтожная Дума оказалась ничтожной и в великий момент. Куда им! После долгих колебаний приняв власть, она и тут, даже в названии, обнаружила нерешительность… Говорят, что в Совете [рабочих депутатов] заседает Горький, “пораженец» и мечтает о «социальной республике» и «конце войны"». «Третье действующее лицо: пулемет». Большевики, «полные невежества и самомнения», отрицают народ и весь мир во имя одной фразы, «найденной в письме Маркса к Энгельсу». «А рабочая пресса — это перепечатки и наивные перепевы Маркса. Вчера Герман Лопатин … называл их убийцами и сумасшедшими» (Л.Андреев. S.O.S. М.; СПб., 1994, с. 30–31).

      К.Бальмонт печатает ряд стихотворений, приветствующих революцию: «Весенний клич», «Москва, 2 марта 1917 года» [в этот день Николай II подписал отречение], «Слава народу» (Утро Рос., 2, 3, 12 марта); «Единение», «Благовестие» (Р. Сл., 7, 25 марта).

  • 3
    март
    1917
    • В.Брюсов — стихотворения «Освобожденная Россия» и «На улицах (февраль 1917 г.)» (Р. Вед., 3, 5 марта).

      3 марта М.Пришвин записал: «Старое правительство арестовано, но и новое под арестом Совета рабочих депутатов — ужасающе-трудное положение правительства, и отсюда в сердце каждого думающего новая тревога, как мы не знали раньше, покупая спокойствие ценою рабства братьев своих» (М.М.Пришвин. Дневники. 1914–1917. М., 1991, с. 251).

  • 4
    март
    1917
    • 4 марта А.М.Ремизов записал в дневнике: «Вся ночь прошла в думе о судьбе России. Атеистично-безбожно. Голоса не слышу ни с сердцем, ни с душою. Или такие дела делаются людьми железными? … Когда узнал о отречении, все представил себе. Одинокость и сиротливость. Все торжествующее не по мне… Я благословил всю победу России, но я не с победителями, я не надену красного банта, не пойду к Думе… Был Ф.К.Сологуб. Сегодня собрание у Горького: основывают Министерство изящных искусств. Должно быть, ни Сологуб, ни я туда не попадем». 8 марта: «Государственная Дума была в подчинении царя и бюрократии жульнической, а теперь Государственная Дума в подчинении Совета Рабочих Депутатов и недалеких людей. Тогда было рабство и теперь тоже, но теперь рабство худшее… Только вера в силу народа русского, давшего Толстого и Достоевского, спасает меня от полного отчаяния» (Минувшее. Вып. 16. М.; СПб., 1994).

      4 марта на квартире у Горького состоялось совещание деятелей литературы и искусства (более 50 человек), которое высказалось за создание нового министерства, занимающегося вопросами искусства. Председательствовал Н.К.Рерих. Министром искусства решили назначить С.П.Дягилева, находящегося в Париже. Была избрана «комиссия 12-ти», которой поручили связаться с Временным правительством (состав комиссии: М.Горький, А.Н.Бенуа, В.Н.Аргутинский-Долгоруков, И.Я.Билибин, М.В.Добужинский, К.С.Петров-Водкин, Н.К.Рерих, Ф.И.Шаляпин, И.А.Фомин, В.Г.Каратыгин, Н.Е.Лансере, Г.К.Лукомский). 6 марта комиссия обратилась с заявлением к Временному правительству и в Совет рабочих и солдатских депутатов, обосновывая необходимость своей деятельности. 13 марта при комиссаре Временного правительства над бывшим министерством двора образовалось Особое совещание по делам искусств, в которое, кроме названных лиц, вошли представители Временного правительства, Государственной думы, Совета рабочих и солдатских депутатов, а также были кооптированы З.И.Гржебин, А.А.Ростиславов, В.И.Нарбут, А.И.Зилоти, В.А.Щуко, М.П.Неведомский, Н.Д.Соколов, А.Н.Тихонов и др. Совещание наметило восемь комиссий: музейную и охраны памятников, строительную, народных празднеств и распространения искусства в народе, музыкальную, театральную, государственных заводов художественной промышленности и издательств, художественного образования и законодательную. 7 марта на собрании Института истории искусств и 8 марта на собрании Академии художеств Особое совещание по делам искусств получило поддержку. Но 11 марта левые художники восстали против Особого совещания, назвав его «казенным мундиром на искусство», и в свою очередь образовали Союз художественных, театральных, музыкальных и поэтических обществ, издательств, журналов и газет под названием «Свобода искусству». 18 марта в Москве, в цирке Соломонского, состоялся митинг деятелей искусств, на котором была вынесена резолюция о необходимости учреждения министерства искусства и был организован Совет организаций, в который вошли представители Товарищества передвижных выставок, Союза художников, «Мира искусства», Общества любителей художеств, Московского салона и другие. Председатель Совета — А.М.Васнецов, товарищи председателя — К.А.Коровин и В.Н.Домогацкий, члены президиума В.Н.Яковлев, А.В.Лентулов, И.И.Машков, Г.Б.Якулов, А.Мильман и др. 21 марта в Троицком театре в Петрограде состоялось общее собрание федерации «Свобода искусству», на котором, в частности, выступал В.Маяковский. Федерация обвиняла «Комиссию М.Горького» в «захвате власти» и требовала созыва «художественного учредительного собора» (А.Р[остиславо]в, «Революция и искусство» и С.Маковский, «Министерство искусств», Апол., № 2–3; «Искусство в дни революции», Бирж. Вед., 9 марта; Ал.Бенуа, «Художественный спор», Лет., № 2–4 и «Революция в художественном мире», Н. Жизнь, 13 мая; ЛЖТ Горького , вып. 3, с. 12–14; Катанян, с. 125–127). «Случилось что-то странное»,— писал Ал.Бенуа: революция привела не к освобождению искусства, а к «внутренней междоусобице», в результате которой Особое совещание, созданное Горьким, решило отойти от дел («Революция в художественном мире», Н. Жизнь, 13 мая).

      Записи в дневнике А.Н.Бенуа. 4 марта: «Из самого же собрания получилось то, что я и предвидел, т.е. сплошная бестолочь». «Гулко и грубо бранился громадный хулиган Маяковский (в солдатской форме), кусливо набрасываясь на элегантного С.Маковского», «удачно дерзил Фомин, и довольно скучно прожевал что-то Браз». «Петров-Водкин произнес длинную речь, скандируя ее частыми ударами кулака по столу, что должно было ей придать “поистине революционный” характер (на самом деле это был набор бессвязных трафаретных формул). Гржебин вел себя гораздо тактичнее … Шаляпин, видимо, чувствовал себя совсем неуютно… М.Ф.Андреева набросилась именно на него. Она стала взывать, чтоб он спас русский театр! Поднял бы его до той высоты, которой требует момент!». Товарищ председателя Государственной думы С.И.Шидловский, которого посетили члены комиссии, “удивил меня и огорчил”: «этот “обожатель Эрмитажа” тусклым голосом промолвил: “Сейчас не до министерства искусства, когда скоро просто нечего будет есть…”» 6 марта: Гржебин “прочит в министры самого Горького”, произнесшего “целую речь о задачах Министерства, от которой все пришли в восторг» (А.Н.Бенуа. Мой дневник. 1916–1917-1918. М., 2003, с. 138, 139, 141, 158).

  • 5
    март
    1917
    • 5 марта Д.В.Философов записал в дневнике: «У Горького знаменитое эстетическое собрание… выбрало комитет «эстетов» для украшения революции… Но комитет — сплоченный кружок и не понимает широты задачи… Газеты сегодня не вышли. Печатью распоряжается теперь уже не Совет рабочих депутатов, а Союз печатников. Любопытно, что хотели запретить «Новое время». Союз редакторов восстал и сказал, что тогда ни одна газета не выйдет… Батюшков у Горького говорил с большевиками. Они страстно ждут Ленина, недели через две. «Вот бы дотянуть до его приезда, а тогда мы свергнем нынешнее правительство!» Итак, нашу судьбу будет решать Ленин. Горький же одной рукой поддерживает анархию, а другой собирает у себя эстетов для проектирования “народных празднеств”» («Звезда», 1992, №2, с. 198–199).

      5 марта в Ясной Поляне прошел митинг рабочих с пением «Марсельезы»; «толпа в несколько сот человек с красными знаменами и красными значками. На одном знамени было: «Да здравствует Государственная Дума!» На другом: «Вечная память великому борцу за свободу!"», писала 10 марта Т.Л.Сухотина-Толстая С.Л.Толстому. С.А.Толстая обратилась к собравшимся со словами: «Если вы-де пришли к дому Толстого, то вы должны понимать его взгляды и учение… что свобода хороша, но должна быть направлена на доброе, а не на злое». «На могиле пели «Вечную память», благодарили Толстого за то, что он сделал в пользу свободы, потом «снимались» и вернулись к дому за путеводителями по Ясной Поляне, которых раскупили с полсотни… Самое лучшее в этой революции — это то, что она такая мирная. Это трогательно и показывает большой духовный рост русского народа» («Октябрь», 1997, №9, с. 160–161).

      Л.Андреев — статьи «Памяти погибших за свободу»; «Путь красных знамен» («Ныне дом Романовых рухнул, и Россия свободна… Революция должна идти дальше», неся свободу порабощенным народам Европы); «Цензура» (о неумении быть свободным); «Цели войны и задачи Временного правительства» (о «воле к победе» без “захватов и ограбления противника” и о всеобщей трудовой повинности) (Р. Воля, 5, 8, 15, 28 марта).

      Ф.Сологуб пишет ряд статей и стихотворений о происходящих событиях. «Да это же вовсе не революция! Это светлое преображение», произошедшее «стихийно и просто» («Преображение») (Бирж. Вед., 5, 7–12, 16, 18, 26 марта).

      5 марта после длительного запрета в Петрограде вышла большевистская газета «Правда».

  • 7
    март
    1917
    • «Новое время», не выходившее с 25 февраля по 5 марта, 7 марта вышло под лозунгом «Да здравствует свободная Россия!», уверяя, что оно «орган национальной мысли» (15 марта). В.Розанов писал, что самодержавие как больной зуб, который «сам вывалился без помощи щипцов и аптеки», и выражал надежду, что «Бог даст, русская революция никого не задавит» («Перед положительными задачами истории», «"Само"-определение» (8 и 19 марта). Как об особой заслуге бывшего хозяина, газета сообщала, что архивы «Земли и воли» и «Народной воли», переданные незадолго до ареста Н.А.Морозовым секретарю редакции «Голоса» В.Р.Зотову (имевшему в качестве библиофила и собирателя цензурное разрешение на хранение запрещенной литературы) и не обнаруженные в архиве после его смерти, хранились долгие годы у А.С.Суворина и теперь сыном последнего переданы В.Л.Бурцеву (16 марта).

      Горький произносит речь на заседании Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов об организации «Дня похорон» жертв революции и оформлении массовых праздников (Пг. Л., 9 марта).

  • 9
    март
    1917
    • М.Меньшиков — «Три опасности» (Н. Вр., 9 марта). «Быстрота и бескровие» революции объясняются тем, что переворот зрел «почти целое столетие» — «он принят всей Россией, всеми сословиями бесповоротно», но России грозят «война, голод и раззор».

      9 марта в Петрограде состоялось собрание представителей Литературного фонда, Всероссийского общества писателей, петроградских ежемесячных журналов и ежедневных газет, поставившее целью восстановить закрытый в 1901 г. Союз русских писателей. В декларации, составленной С.А.Венгеровым, «была высказана мысль, что не литература присоединяется ныне к революции, а революционная Россия осуществила теперь на деле то, что проповедуется русской литературой уже более ста лет». Декларация была принята с дополнениями Н.И.Иорданского, А.М.Редько, Е.А.Ляцкого, А.В.Амфитеатрова и Д.Н.Овсянико-Куликовского: «Долгие годы отличительным признаком русской литературы была великая печаль ее. Пусть сменит ее теперь великая радость» (Р. Вед., 11 марта).

  • 11
    март
    1917
    • 11 марта «Биржевые ведомости» в заметке «А.К.Глазунов и М.Горький» сообщали, что артисты русской оперы обратились к Глазунову с просьбой написать новый народный гимн ко дню возобновления в торжественной обстановке спектаклей Мариинского театра. Композитор отказался, ссылаясь на то, что в несколько дней нельзя выполнить столь ответственное поручение и предложил исполнить его обработку народной песни «Эй, ухнем!» Артисты решили попросить Горького сделать необходимые изменения в тексте песни.

      11 марта в помещении Художественного театра под председательством Вл.И.Немировича-Данченко состоялось собрание писателей, на котором выступили А.Н.Толстой, В.Я.Брюсов, Андрей Белый, И.Новиков, М.Волошин, В.Фриче, В.Вересаев, В.Л.Львов-Рогачевский, А.И.Сумбатов-Южин, Е.Н.Трубецкой, С.Н.Булгаков, Н.А.Бердяев и другие. «Темами речей были единение всех элементов страны как залог упрочения только что завоеванной свободы», а также вопрос о войне, о необходимости обороны. Представителям двух течений, обозначившихся на собрании, В.Л.Львову-Рогачевскому и И.А.Бунину, с одной стороны, и Е.Н.Трубецкому и С.Н.Булгакову — с другой, предложено выработать проект резолюции (Р. Вед., 12 марта; речь А.Н.Толстого «Первого марта», призывавшего к обороне отечества от немцев, Р. Вед., 14 марта).

  • 12
    март
    1917
    • А.Серафимович — «Так почему же?» (Бирж. Вед., 12 марта). О февральских событиях в Москве в сопоставлении с 1905 г.

      Ю.Балтрушайтис посвящает революции стихи «1-е марта» и «Привет Родине» (Р. Сл., 12 марта).

      12 марта в Москве состоялась грандиозная народная демонстрация. «Этот народ сегодня в первый раз вышел из подвалов»,— писал А.Н.Толстой («Двенадцатого марта», Р. Вед., 17 марта).

      12 марта состоялось общее собрание Петроградского общества журналистов, на котором в качестве почетных гостей присутствовали В.Л.Бурцев и перводумец И.В.Жилкин. Совет Общества в дни Февральской революции выпускал информационные «Известия», распространяемые бесплатно в количестве около миллиона экземпляров. Собрание послало приветствие Временному правительству, Совету рабочих и солдатских депутатов, Исполнительному комитету Государственной думы и товарищам-печатникам. Принята резолюция о свободе печати, в которой считается «единственно правильным явочный порядок выхода произведений печати с ответственностью за их содержание исключительно перед судом» (Р. Воля, 14 марта).

  • 13
    март
    1917
    • 13 марта в торжественной обстановке открылись государственные театры. В Большом театре занавес поднялся под звуки «Марсельезы». На сцене живая картина — «Освобожденная Россия»: женщина с разорванными кандалами в руках, у ее ног лейтенант Шмидт, вокруг — Пушкин, Лермонтов, Грибоедов, Гоголь, Некрасов, Достоевский, Толстой, Чернышевский, Писарев, Добролюбов, Бакунин, Петрашевский, Шевченко, С.Перовская, декабристы, дальше студенты, крестьяне, солдаты, матросы, рабочие. Оркестр исполнил гимн А.Т.Гречанинова на слова К.Бальмонта «Да здравствует Россия, свободная страна!» В Малом театре также произошел торжественный митинг (Р. Сл., 14 марта).

  • 14
    март
    1917
    • Вл.Короленко — «Родина в опасности» (Р. Вед., 14 марта, перепечатана в других газетах под заголовком «Отечество в опасности»). Призыв отбросить партийные споры и защитить «новую свободу» от «смертельной опасности" «внешнего нашествия». «Мыши в подполье». О черносотенной листовке. (Утро Рос., 19 марта, перепечатана из “Полтавского дня», 10 марта). «Пленные» (Р. Зап., № 2–3).

  • 16
    март
    1917
    • 16 марта на собрании московских писателей в фойе Художественного театра С.Л.Франк произнес речь «О даре свободы»: «Не освободят нас и самые свободные политические формы», если мы не обретем дара «духовной свободы». Общество разделено на «лагерь культуры» и «черный лагерь», где властвуют «низшие слои», «ленинцы» — их «самое яркое и красочное выражение духа» (Р. Св., № 2, 29 апр.).

  • 17
    март
    1917
    • П.Кропоткин — «К русским гражданам» (Р. Вед., 17 марта). О спасении свободной России от «черной сотни центральных империй».

      З.Гиппиус в статье «Петербург» приводит свое стихотворение «Петроград» (1914) («Созданье революционной воли — Прекрасно-страшный Петербург…»), требуя вернуть прежнее наименование города («Речь», 17 марта). C подобным же требованием выступил Ал.Бенуа («Петербург или Петроград», «Речь», 25 марта) и другие.

      В «Новом Сатириконе» (№11, 17 марта) печатаются отрывки из «Облака в штанах» В.Маяковского, не пропущенные ранее цензурой.

  • 18
    март
    1917
    • 18 марта в «Русском слове» опубликовано письмо Горького редактору газеты, опровергающее слух об организации им «радикал-демократической партии»: «…я остаюсь тем, чем был,— социал-демократом».

  • 19
    март
    1917
    • А.Блок пишет матери 19–20 марта: «Произошло то, чего никто еще оценить не может, ибо таких масштабов история еще не знала… Для меня мыслима и приемлема будущая Россия, как великая демократия (не непременно новая Америка)» (т. 8, с. 479).

      Академия наук вынесла решение о том, что устранение Горького от звания почетного академика, имевшее место в 1902 г., не может считаться законным. В.Г.Короленко было послано предложение вновь принять звание почетного академика рязряда изящной словесности (Р. Вед., 19 марта; Р. Сл., 23 марта; Совр. Сл., 21 и 22 марта). 29 мая Короленко, в письме к академику Д.Н.Овсянико-Куликовскому, отклонил предложение, ввиду того, что «неутверждение» Горького «было объявлено не от царя, а от самой Академии» (Избр. письма, т. 2. М., 1932, с. 197–198).

  • 23
    март
    1917
    • 23 марта на Марсовом поле состоялись похороны жертв революции, вылившиеся в грандиозную демонстрацию. «В этом народном шествии сотен тысяч людей впервые и почти осязательно чувствовалось — да, русский народ совершил революцию…» (М.Горький, «Письма к читателям». V». Лет., № 2–4). В тот же день М.Пришвин записал: «Похороны жертв революции. Небывалое на Руси: самочинный порядок. Красный гроб, красные хоругви, безмолвие церковное… «Вечная память», похоронный марш и «Марсельеза», как волны: похоже на студенческую вечеринку нелегальную» (М.М.Пришвин. Дневники. 1914–1917. М., 1991, с. 258).

  • 24
    март
    1917
    • 24 марта в помещении Литературно-художественного кружка состоялось собрание представителей 15-ти московских литературных организаций, которые направили министру-председателю Г.Е.Львову, министрам просвещения А.А.Мануилову и юстиции А.Ф.Керенскому заявление о необходимости издать временный закон о печати, обеспечивающий свободу слова. В основу предложено взять проект Первой Государственной думы (Р. Сл., 30 марта).

  • 27
    март
    1917
    • Иванов-Разумник — «Вольга и Микула» (Д.Нар., 27 марта). «Невероятное — свершилось… Напуганный быстрым движением истории «кадет» (Вольга) кричит свое «стой, постой!» ходу революции, ходу истории». «Русская воля» выражает настроения «обывательщины», пылает негодованием против деятельности Совета рабочих и солдатских депутатов (Микула-народ). «А и здравствуй же, Микула Селянинович!"

      «Читал Вашу статью «Вольга и Микула»,— писал Андрей Белый 4 апреля из Москвы,— и — радуюсь ей; верю — в «чудо» русской революции…» («Андрей Белый и Иванов-Разумник. Переписка». СПб., 1998, с. 98).

  • 28
    март
    1917
    • 28 марта состоялось первое организационное собрание Свободной ассоциации для развития и распространения положительных наук. Собрание открылось речами М.Горького (опубл. в Лет., № 5–6) и И.П.Павлова. В организационный комитет Ассоциации избраны: М.Горький, И.П.Павлов, А.А.Марков, Д.К.Заболотный, В.Г.Короленко, Л.Б.Красин, А.Н.Крылов, И.И.Манухин, Н.А.Морозов, В.И.Палладин, В.А.Стеклов и другие (Лет., № 5–6).

  • 31
    март
    1917
    • 31 марта Ф.Сологуб прочел в Академии художеств доклад, в котором назвал «вредной» «идею об учреждении Министерства изящных искусств»: «Мы теперь для себя должны требовать вольности полной» и взять на себя выработку устава Союза деятелей искусств, «чтобы никакой опеки государства над искусством не было» (только государственные заказы). «В области человеческого духа соглашения между людьми быть не может… с государством мне делать нечего. Никакой охраны, никакой организации и никакого покровительства я не хочу и выносить не буду». Народ сумеет сам защитить музейные ценности, а «если при этом погибнут какие-то предметы в начале, от непривычки, что же делать — это очень печально, но с этим надо мириться…» Доклад был встречен продолжительными аплодисментами (De Visu. 1994, № 1/2, с. 41–43).

  • март
    1917
    • Д.Овсянико-Куликовский — «Освобождение творческой силы» (Вест. Евр., № 2). Великая русская революция должна быть «властью разума и гуманности», без «стихийного урагана революционных страстей». «Народ, армия, интеллигенция освобождались не как рабы, а как люди, давно созревшие для свободы».

      М.Горький — «Статьи 1905–1916 гг.». Пг., «Парус», 1917, тираж — 5000.

      «Слово». Сб. седьмой. М., Кн-во писателей, 1917, тираж — 12000 (И.Бунин «Петлистые уши», Б.Зайцев «Путники», И.Новиков «Душка», А.Толстой «Касатка», В.Фигнер «Из воспоминаний», И.Шмелев «Забавное приключение»).

      Сборники «Слово» приобрели заслуженную популярность, седьмой — один из наиболее удачных. И.Шмелев «показал себя мастером рассказа тенденциозного, т.е. говорящего ярко и отчетливо о творческих целях автора… не погрешив против обычного для него чутья реальности». Ив.Новиков сумел отказаться от «модернистского эстетизма». «Но, конечно, величайшего торжества, величайшей законченности достигает метод психологического реализма в рассказе И.Бунина… Поражает и властно захватывает спокойная напряженность, молчаливая буря, непрерывность нарастания», с «гневно-саркастической улыбкой» Бунин «вскрывает психологию убийства как одного из естественнейших проявлений души человеческой» и предвещает, что Европа скоро станет «сплошным царством убийств». У Зайцева «мягкая меланхолия, безжизненное примирение с жизнью, как она есть…» В пьесе А.Толстого много «солнца и радости» (М.Левидов, Н. Жизнь, 14 мая). Всю беллетристику альманаха в известном смысле уничтожают воспоминания В.Фигнер: перед этой реальностью отступает всякая вымышленная трагедия. В пьесе А.Толстого искусно подан водевильный элемент, но попытка углубиться «в серьезные недра человеческой души» не удается автору. Астральные путники Зайцева «отрешены как будто от всякой земной тяжести и сотканы из легчайшей материи сновидений». Шмелев рисует обогащенного войной спекулянта. Рассказ Бунина, хотя и уступает «Господину из Сан-Франциско», «написан в той же мощной манере, с такою же силой полнозвучного и великолепно-тяжелого слова» (Ю.Айхенвальд, «Речь», 13 мая). В рассказе «Петлистые уши» само преступление представлено «в духе повседневного уклада нашей жизни», в которой «кровавые деяния… признаются естественными, даже похвальными, героическими, записываются на «скрижали истории"» (Е.Колтоновская, «Гармония контрастов. Новейшие произведения И.А.Бунина», Р. Мысль, № 2).


  • ( ! ) Fatal error: Call to a member function Size() on null in /var/www/ruslitrev1917.ru/data/www/ruslitrev1917.ru/chronicle/index.phtml on line 165
    Call Stack
    #TimeMemoryFunctionLocation
    10.0004276344{main}( )../index.phtml:0